Александр БАШЛАЧЕВ. Дом на улице Сакко и Ванцетти. История дома, который стал памятником

02.08.2009 15:33

Архив 2006 - №1

17 февраля 2008 года исполняется 20 лет со дня гибели поэта и музыканта Александра Башлачева. Несмотря на округлость этой печальной даты, очень не хочется громких речей и пышных эпитетов (помните, как еще в школе нам набили оскомину слова о "солнце русской поэзии" Пушкине?). Изучать творчество Башлачева, слушать его песни, читать его стихи, да и просто помнить о нем, безусловно, надо - но это процесс негромкий и частный. Здесь важно отношение, существенны детали. Поэтому мы предлагаем вашему вниманию материал вовсе не парадный, однако представляющийся нам интересным и насущным.
Дом, о котором здесь пойдёт речь, довольно старый, и мы в той или иной степени затронем лишь последние полвека его истории.
Итак, однажды, в конце 70-х - начале 80-х годов на факультет журналистики Уральского государственного университета, что в городе Свердловске (ныне Екатеринбурге), а также в Архитектурный институт того же города пришли представители ВООПИК - Всесоюзного общества охраны памятников истории и культуры.
Дело в том, что в этом городе на небольшой улице, названной в честь казнённых в 1927 году по ложному обвинению американских революционеров итальянского происхождения Николо Сакко и Бартоломео Ванцетти, было множество старых деревянных домов, предназначенных на снос. Здания расселяли, а садоводы разбирали их на дрова. Среди прочих, там был и герой нашего рассказа - дом номер 22, являвшийся весьма значимым памятником тех самых истории и культуры, которые охраняло указанное выше общество. Раньше он принадлежал крупным купцам Агафуровым. Представители ВООПИК сказали студентам, что, если никто не заселится в него, дом просто разнесут.
В здании уже отключили электричество к тому моменту, когда инициативная группа студентов журфака Уральского университета в составе: Александр Башлачёв, Евгений Пучков, Владимир и Наталья Кемы, чета по фамилии Мазий и, может быть, кто-нибудь ещё, переехала туда из общежития. Ребята заняли первый этаж, на втором поселились будущие архитекторы.
Глава семейства Мазий, прежде чем пойти в журналисты, работал электриком, поэтому электричество в доме у архитекторов снова появилось. Впрочем, чуть ли не ежедневно к дому приезжала бригада других электриков, которые решили не становиться журналистами, и отключала от столба провод. После этого Мазий надевал на ноги "кошки", залезал на столб и подключал его снова.
Если свернуть на улицу Сакко и Ванцетти с улицы Ленина (центральной в Екатеринбурге), то дом 22 окажется на её левой стороне, а окна комнаты, в которой жили Александр Башлачёв и Евгений Пучков, будут третьим и четвёртым на стене, идущей вдоль неё.
Как рассказал мне университетский приятель и товарищ Башлачёва по "Театру трёх актёров" Сергей Соловьёв, часто бывавший у него в гостях, в маленькой комнатке собиралось по двадцать человек: "Тогда была такая игра, "пексесо".... Берётся много попарно одинаковых карточек, и они переворачиваются рубашками вверх. Игроки по кругу их поднимают по одной. Можно взять только пару одинаковых карточек. В это они играли просто сутками. Причём так: сыграли - и опять тасуют и раскладывают, а Саня в перерыве какие-то песни орёт под гитару. Всё разложили - снова сели играть".
Начало и продолжение этой истории мне рассказал Евгений Михайлович Лихачёв, поселившийся в доме 22 в 1959 году после своей свадьбы, так как здесь жила его жена. Через три года они переехали, получив новую квартиру, как работники Уралмаша. В доме остались жить родители жены, но в 1965 году съехали и они.
Небольшой кусок дальнейшей истории мы уже знаем. В 1983 году Башлачёв окончил университет и уехал из Свердловска, а в 1984-м написал песню с рабочим названием "Перекрёсток Железных Дорог", более известную как "Поезд №193" или просто "Поезд", в которой увековечил место, где жил в студенческие годы. В результате многие люди, никогда не бывавшие в Свердловске, но любящие Башлачева, представляют этот город только по строчкам "...на улице Сакко-Ванцетти мой дом 22".
Позднее в этом здании размещалось множество мелких организаций, в том числе, какая-то контора, связанная с теплоизоляцией чего-то от чего-то, а в 1996 году его отдали под представительство Татарстана. По иронии судьбы, Евгений Михайлович Лихачёв сейчас работает в этом учреждении - в доме, где когда-то жил.
Помещения внутри здания прекрасно отделаны. Был произведен ремонт. Естественно, что во время серьёзного ремонта необходимо где-то складывать материалы. Таким складом стала невостребованная для дипломатических нужд комната Башлачёва и Пучкова.
Теперь на доме красуются три таблички. Первая - о том, что здесь находится "Постоянное представительство республики Татарстан по уральскому региону". Вторая гласит, что это - дом купцов Агафуровых, памятник архитектуры, который охраняется государством. Третья утверждает, что адрес дома - улица Сакко и Ванцетти, 24.
Дело в том, что в период с 1983 по 1996 год нумерация домов на этой улице почему-то изменилась. Предыдущий дом по чётной стороне, который автору удалось найти, имеет номер 10, а следующий - 28, в нём теперь находится Музей быта старого Екатеринбурга. Научный руководитель дипломной работы Александра Башлачёва Владимир Валентинович Кельник рассказал мне, что он приходил в гости к Александру именно в этот дом.
Здание имеет форму прямоугольника со срезанным углом. По воспоминаниям Владимира Валентиновича, Башлачёв жил в комнате, окно которой находилось в этом углу, на первом этаже. Для проникновения с улицы был установлен трап из досок.
Владимир Валентинович особо отметил образцовый порядок, царивший в комнате Александра ("у него не было всё разбросано, как свойственно поэтам"), а также рассказал забавную историю, как Башлачёв по-детски жаловался на то, что кто-то пришёл к нему, наследил и что-то разбил. Наводя порядок, хозяин планировал побить неаккуратного гостя при встрече.
Расхождение во мнениях по поводу того, который же из двух домов является бывшей обителью одного из самых значимых русских поэтов XX века, можно трактовать двояко. С одной стороны, может быть, Владимир Валентинович ошибся. С другой, возможно, Башлачёв и компания действительно на какое-то время перебирались из нынешнего Представительства Татарстана в нынешний Музей быта - благо, расстояние между ними не превышает ста метров.
Теперь это уже не существенно. Адрес "Сакко-Ванцетти, 22" исчез, однако дом остался. Дом с реальным адресом "Сакко-Ванцетти, 24" стал дипломатическим учреждением и памятником архитектуры, а дом с исчезнувшим адресом - поэтическим памятником, одним из самых романтичных мест, упомянутых в русской лирике конца XX века. С этой точки зрения символично, что такого адреса больше нет.
Однако в процессе поисков мне не удалось найти ответы на следующие два вопроса. Насколько вклад купцов Агафуровых в отечественную архитектуру существеннее, чем вклад Башлачёва в культуру? И где именно находилось бы сейчас "Постоянное представительство республики Татарстан по уральскому региону", если бы Башлачёв и его однокашники не защитили бы здание от сноса?


Вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться, чтобы делать комментарии.