НАШЕСТВИЕ 2006. Польза и удовольствие

29.10.2009 14:33

Архив 2006 - №8

Есть 3 дня в году, когда лучшие музыканты страны объединяются на самом крупном фестивале страны — “Нашествие”. Этим летом Главное Приключение Лета вновь меняет место дислокации. 4, 5 и 6 августа все “наши” соберутся на мысе Средиземном, на реке Ока, под Рязанью. В преддверии фестиваля генеральный директор “News Media Radio Group” (холдинга, в который входит “Наше Радио”) Михаил Зотов рассказал FUZZУ о том, что значит “Нашествие” для радиостанции.
FUZZ: Михаил, можно ли сказать, что “Нашествие” сегодня перестало быть рок-фестивалем, а “Наше Радио” — рок-станцией?
Михаил Зотов: Вообще, говоря об этой музыке, о перспективах “Нашествия” и “Нашего Радио”, не знаю, насколько корректно произносить слово “рок” или “поп”. Ведь под определение поп-музыки попадает любой популярный исполнитель, а под определение рок-музыки попадает огромное количество старых групп типа PINK FLOYD и LED ZEPPELIN. Какой смысл сегодня говорить о том, каков формат “Нашего Радио”? Мы ставим музыку определенного типа и с огромной радостью — что-нибудь новое: например, МЕЛЬНИЦУ и Пелагею — музыку с этно-корнями. Мы вдруг обнаружили, что это подходит “Нашему Радио”, слушатели это принимают, это направление развивается — здорово. Если завтра, например, появится интересное сочетание хип-хопа с какой-то русской формой, и мы поймем, что нам это подходит, мы поставим музыку в эфир. Иногда появляются очень интересные поп-группы, которые приносят хорошие песни, а поставить мы их не можем, потому что есть определенные приемы, которые традиционно ассоциируются с музыкой а ля “Фабрика”, и мы понимаем, что нашему слушателю, может, и нравится эта песня, но он чувствует в ней какую-то попсовую лажу. В этом, наверное, виновата в целом индустрия. И мы вынуждены отказываться от этих песен, хотя иногда жалко, потому что вещи интересные, талантливые. Так что “Нашествие” — это не рок-фестиваль, это open-air, на котором выступают люди, способные играть вживую, на который попадают благодаря таланту, а не благодаря деньгам. Это такое большое свободное мероприятие для людей, которым нравится смотреть на выступления интересных талантливых личностей. Тот же самый Чубыкин, который в этом году выступает, или Пелагея, которая выйдет в совершенно другом статусе... Есть ребята, которые играют инструментальную музыку, есть электронщики — это никакого отношения к року не имеет совсем, но это очень интересно, очень здорово послушать.
FUZZ: Влияет ли “Нашествие” на формат “Нашего Радио”?
Михаил: Влияет. Наверняка на “Нашем Радио” что-то после выступлений на фестивале появится новое. Мы хотим расширяться, изменяться, уходить от стереотипов, и “Нашествие” нам в этом очень помогает. На нем можно найти много нового. Иногда, чтобы понять и оценить группу, надо не просто отслушать ее, а посмотреть на живое выступление, на реакцию публики, посмотреть, как играют сами музыканты — традиционно отрабатывают или же отдаются музыке, входят в раж и их самих прет. Понимание таких вещей дает только фестиваль. И он нам помогает сделать формат “Нашего Радио” шире.
FUZZ: Одним из открытий “Нашествия 2006” станет отдельный электронный блок. Возможно ли, что электронные русские музыканты зазвучат в эфире “Нашего Радио”?
Михаил: Теоретически возможно. Но я не могу с уверенностью сказать, что электронные проекты зазвучат на “Нашем Радио”. Ведь, с одной стороны, нам хотелось бы пойти в сторону какой-то новой музыки, а с другой — “Наше Радио”, скорее, поп-рок-станция. Чтобы оставаться широко популярной станцией, мы вынуждены сохранять слишком малую долю артистов с узкими музыкальными концепциями. Ведь электроника по звучанию — очень специфическое направление, не всегда для радио, и я как раз надеюсь, что после этого “Нашествия” мы сможем что-то из электронной музыки поставить в эфир, может быть, сделать какие-то ночные блоки. Но нет смысла ставить это просто ради того, чтобы было. Есть смысл ставить новые направления музыки тогда, когда ты понимаешь, что они вписываются в этот продукт, и люди с удовольствием воспринимают их не только на поле, но и в эфире. Если в эфире не воспринимают, то в этом нет смысла.
FUZZ: Можно проанализировать изменения в формате “Нашего Радио” за последний год? Кроме МЕЛЬНИЦЫ и Пелагеи, что появилось нового, а что отправилось в архивы?
Михаил: С одной стороны, мы очень много работали с архивами и вытащили огромное количество песен, которые мы расценивали раньше как непопулярные, неинтересные. Мы занялись тем, что более подробно и целенаправленно изучили отношение к архиву. И стало ясно, что есть большое количество песен, которые мы не ставили, и у которых средние оценки невысокие, но если поставить одну из таких композиций в эфир, то половина слушателей будет исключительно пережидать, зато другая половина будет плакать от того, что они вспоминают в связи с этой песней. И у АРИИ есть такие песни, и у ЧЕРНОГО КОФЕ, и у АКВАРИУМА. Мы очень много такого подняли. И нам звонили люди со словами: “Ребята, я совсем забыл эту песню, какие вы молодцы, что ее поставили!” С другой стороны, у нас появилось больше новой музыки. Может быть, нам повезло, что в этом году произошел какой-то прорыв. А может, нам так только кажется. Но вышло какое-то количество новых альбомов, на которых держится эфир, с которых можно ставить песню за песней. Главным из этих альбомов я бы назвал пластинку АЛИСЫ “Изгой”. До этого был очень неплохой альбом DDТ, там много песен не самых традиционных для Шевчука, но очень интересных. Мы с него тоже очень много всего ставили, нам это нравится, хотя реакцию на многие песни я предсказывал как негативную, а оказывалось наоборот. Прекрасный альбом АКВАРИУМА “Беспечный Русский Бродяга”, с него мы тоже очень много всего ставим, и там тоже есть несколько явно этнических вещей. Видимо, какой-то есть тренд в этой музыке. Мы покопались в последнем альбоме МЕЛЬНИЦЫ, интересный проект сделал Григорян. Мне кажется, что год был для многих музыкантов плодовитым, урожайным. Были действительно очень интересные вещи, причем не проходные, а цепляющие, заставляющие людей послушать “Наше Радио”.
FUZZ: Альбомы, которые вы перечислили, выпустили артисты, давно и прочно стоящие на ногах. А что скажете о новых именах?
Михаил: Интересна команда АНОМАЛИЯ. Она, конечно, не совсем новая, но это тоже одно из открытий года, по крайней мере, в России, потому что в Казахстане эта группа работает давно. Из совсем новых команд вполне интересный проект ZNAKI. Меня очень порадовал успех пока единственной в эфире песни группы “Джин-Тоник”. Прекрасно возвращение Маши Макаровой, замечательный альбом она выпустила. Песен, которые могут звучать на радио, там не так много, и даже та песня, которую мы поставили, “Мария”, не очень эфирная. Это тот случай, когда мы ставили композицию из соображений, что есть вещи, мимо которых нельзя пройти. Если бы никто не поставил “Марию” в эфир, мы бы все что-то потеряли. И мне хотелось дать понять нашим слушателям, что, во-первых, есть интересная и красивая музыка, пусть даже не очень радийная, а во-вторых, что “Наше Радио” не ограничено теми рамками, которые, по мнению некоторых, у нас есть.
FUZZ: Много приносят дисков на радио? Что из этой музыки можно ставить в эфир?
Михаил: Отслушиваем мы очень много. Опять таки, появление музыканта на “Нашествии” — некий эксперимент, потому что мы послушали его песни, нам кажется это интересным, но поставить их в эфир что-то пока нам не позволяет. Считаю, что совершенно роскошная тема — проект МИХАЛНА. Все, кто слушал, смеялись. Пока это совсем не эфир, да и, судя по качеству звучания это записано дома на компьютере. Но очень интересно все-таки посмотреть, как этот проект будет выглядеть на “Нашествии”.
FUZZ: То есть на фестивале будет своеобразное тестирование подобных команд?
Михаил: Нет, это не тест на выживание. Но по тому же самому звучанию МИХАЛНЫ пока не очень понятно, а в какую сторону это движение идет — в сторону Глюкозы? Или это появление такого стебного проекта а ля GORILLLAZ? Хотелось бы посмотреть.
FUZZ: Можно ли предположить, как будет дальше меняться эфир “Нашего Радио”, что будет на следующем “Нашествии”?
Михаил: “Наше Радио” живет сегодняшним днем. Мы пытаемся сегодня и в ближайшем будущем сделать хорошую радиостанцию. Хорошо, когда много новой музыки, но когда ее мало, человек все равно должен получать удовольствие от эфира. Если завтра с новинками будет туго, мы покопаемся еще и обязательно достанем что-нибудь интересное. А потом принесут новую музыку, — и ее снова будет больше в эфире. А тем временем БИ-2 запишут альбом, и там явно будут песни, которые можно будет ставить. Это не спонтанный процесс, а закономерный. Но я бы ничего не прогнозировал. Музыка не поддается прогнозам.
О том, каковы перспективы “Нашествия”, рассазал Андрей Клюкин, продюсер фестиваля и креативный директор “Нашего Радио”.
FUZZ: Андрей, у “Нашествия” есть будущее?
Андрей Клюкин: Перспективы таких фестивалей, в первую очередь, зависят от развития музыкального фона в стране в целом. Равно как и “Наше Радио” зависит от того, появляются ли новые музыканты. Вот появились Земфира и МУМИЙ ТРОЛЛЬ — повышенный интерес, появился ЛЕНИНГРАД — повышенный интерес, появились новые имена сейчас, работающих в этно — Пелагея, МЕЛЬНИЦА — это все новые витки, новые звезды. Пока земля русская музыкантами не оскудеет, с фестивалем все будет хорошо. Пока они есть, будет и фестиваль.
FUZZ: “Нашествие” не в первый раз переезжает — это можно уже назвать “фишкой”?
Андрей: Нет, нельзя, потому что это очень сложное и трудоемкое дело. Ведь всегда есть какая-то необходимость переезда. Вот, например, в прошлом году эта необходимость показала нам свое лицо, когда палаточный городок приблизился к сценам, и музыкантам невозможно было выступать, потому что везде одни палатки. Понятно, надо расширяться, и мы нашли сейчас поле намного большее, чем предыдущая площадка. То есть если раньше это было 180 километров на север, то сейчас те же километры, только на юг. Получается, фестиваль сместился больше чем на 300 километров, — в этом несомненный плюс. Мне бы хотелось, чтобы 2-3 года “Нашествие” пробыло на этом месте.
FUZZ: Ты участвовал в организации всех “Нашествий”. Как менялась публика?
Андрей: Публика меняется не только у “Нашествия”, она вообще глобально меняется. То есть аудитория, во-первых, становится более открытой к разным стилям и направлениям, во-вторых, критериями больше становятся искренность и позитивность. На всех предыдущих фестивалях публика была настроена на определенное действо, но не на получение удовольствия. Человек пришел на фестиваль, заплатил деньги, а сам недоволен, еще и показывает свое недовольство вместо того, чтобы отойти пивка выпить или в футбол погонять. Фестиваль “Нашествие” в этом году дает такую возможность: если тебе не нравится, например, БИ-2, в этот момент на Северной сцене будут выступать группы AMATORY и #####. Соответственно, можно будет пойти и там получить удовольствие. То есть мы стараемся делать сквозное расписание, чтобы поклонники разной музыки могли получать одновременно удовольствие. Но в целом, мне кажется, аудитория стала толерантнее. Люди приезжают отдыхать и получать удовольствие, в них не заложена та доля негатива, которую можно было наблюдать, скажем, в Раменском. И вот это мне очень нравится.
FUZZ: Не первый год идут разговоры о том, чтобы позвать на “Нашествие” западных звезд. Это возможно?
Андрей: Мы все время думаем об этом. Есть такая установка, что “Нашествие” — это обязательно наши музыканты. Во многом это правда. Несколько лет назад было сложно представить, что на фестивале будут группы, которые не звучат на “Нашем Радио”. Потом они стали появляться на одной сцене вместе с музыкантами, которые уже звучат, а потом появились три сцены. Еще 2 года назад на фестивале выступало 30-40 коллективов, сейчас их 120, причем все статусные, все крутые. Конечно, есть молодежь, но это всего 10-20 имен. В свое время мы вышли за формат “Нашего Радио” и стали называть “Нашествие” крупнейшим фестивалем живой музыки в стране. Потом появились определенные блоки в музыке: альтернативный, этно-блок, панк-блок... В этом году мы сделали электронный блок — здорово, что у нас появились мощные электронные музыканты, такие как БРИТАНИЯ, MIUSHA, THE GREEN POINT DUB ORCHESTRA. Но при этом, чтобы привлечь больший интерес к этой музыке, было бы лучше, наверное, привлечь группы типа MORCHEEBA, LAMB. Хотя у нас было несколько предложений, и была возможность пригласить нескольких музыкантов, только у них не совпали графики. С другой стороны, все равно это бюджетное дело. Но мы рано или поздно придем к этой идее. Нельзя все сразу сделать. Нельзя переехать и одновременно вводить западных звезд — экономически сложно. Так что в этом году мы пропустим идею, а в следующем постараемся осуществить, если, кончено, у фестиваля не появится более важная задача.