FLEUR. СЁСТРЫ МОРЯ

07.06.2010 15:36

Архив 2008 - №11 Ноябрь

FUZZ встретился с двумя обаятельными вокалистками группы FLЁUR, чтобы выяснить, каково это: работать в женском коллективе, петь на Украине по-русски и иметь на стороне по нескольку сольных проектов.

"Мне все время хочется что-то делать. Это какая-то необходимость. Я бы сказала, какая-то зависимость, я не могу без этого. Это просто нужно, чтобы организм функционировал”, — говорит Ольга Пулатова. Мы находимся в студии THEODOR BASTARD на Петроградской стороне, где Ольга вместе с москвичами VERBA готовится к выступлению в рамках фестиваля “Интерференция”. Несмотря на довольно прохладную петербургскую осень, в студии жарко, даже вентиляция не спасает. Ольга с видимым профессионализмом отстраивает голос, в то время как музыканты подключают оборудование. Она удивительно скромная, я бы даже сказал застенчивая девушка. Это никак не вяжется с громким и успешным концертом, который FLЁUR отыграли накануне в ДК им. Ленсовета. При почти полном отсутствии рекламы группа собрала практически полный зал.
“Это, наверное, благодаря Интернету”, — пожимает плечами Ольга.

У Елены Войнаровской и Ольги Пулатовой, двух голосов FLЁUR, по множеству сольных проектов. Мудрый Дмитрий Веков — арт-директор группы и создатель лейбла “Cardiowave” — организовал фестиваль “Интерференция” и тем самым объединил многообразные музыкальные пристрастия участников FLЁUR. Кто бы мог подумать, что группа, исполняющая задумчивый акустический рок, станет основоположницей целого направления!

“Это очень похоже на то, что было в конце 80-х и конце 90-х на лейбле “World Serpent”, — поясняет Дмитрий. — В те времена Дэвид Тибет приглашал Дагласа Пирса, потом Даглас Пирс звал Джона Бэланса и так далее. И у нас на сцене ДК им. Ленсовета было четыре человека, которые пишут песни и могут иметь самостоятельные проекты. Мы пришли к выводу, что так удобней”.

Вот и москвичи VERBA — еще один проект, с которым с недавних пор сотрудничает Ольга Пулатова. Группа играет густой насыщенный рок с элементами электроники. “Так сложилось: мы сделали ремикс на одну из песен Оли, и ей понравилось”, — поясняет Илья Зинин, лидер проекта. Чуть позже, уже в клубе “А2” я встречаю Елену Войнаровскую, которая поет в проекте под названием M.R.F.
“И не в нем одном, — смеется Елена. — Еще я пою в AMUREKIMURI, но сегодня мы не будем выступать в этом составе”.

Большинство многочисленных ответвлений FLЁUR присутствуют сегодня в клубе на саундчеке, где по очереди готовятся к концерту. Кто-то из поклонников тоже смог просочиться и с благоговением смотрит на таинство приготовлений.

Елена и Ольга по очереди отстраивают голоса, каждая со своим проектом. Пока Елена выводит красивым голосом задумчивые слова в микрофон, я спрашиваю Ольгу, каково это — работать в группе, где играют аж пять девушек.

“Еще в институте я была одержима идей создания женской группы. Чтобы там именно девочки играли на разных инструментах. Я с Леной так и познакомилась, — говорит Ольга. — Сейчас мне кажется, что лучше, когда всех поровну. Иногда даже с мальчиками проще. Ведь девушки — они такие иррациональные...”

К нам незаметно присоединяется Лена. Обеих вокалисток FLЁUR отличает скромность. Они говорят тихо и спокойно, долго обдумывая ответы. Видно, что Оля и Лена — очень разные по характеру, но так сразу этого и не поймешь. Что-то есть очень гармоничное в их музыке и в том, как они выглядят и ведут себя. У Лены длинные прямые волосы, грустные глаза, темная одежда и тяжелые ботинки на ногах. Оля одета в клетчатую рубашку и джинсы. Если увидишь таких девушек в метро, никогда не подумаешь, что они — чуть ли не главный украинский музыкальный экспорт на сегодняшний день.
Когда я пытаюсь взять у них интервью, Оля, смущаясь, говорит: “Я позже присоединюсь. С нами лучше говорить по отдельности, а то я всегда говорю, а Лена молчит”.

Мы с Леной подсаживаемся за столик к доброжелательному Дмитрию Векову. Я еще не успел включить диктофон, как он с ходу заявляет: “Группа немного скованно чувствовала себя на концерте. Все, что на нас вешают критики — бардовская песня, КСП — все это случилось. Мы не очень довольны результатом”.

Я вижу что Лена не совсем с ним согласна, она собирается что-то сказать, но потом передумывает и лишь грустно улыбается. Тогда защищать концерт приходится мне — я говорю об особенной атмосфере, которую создают на своих выступлениях FLЁUR. 

В ДК им. Ленсовета на одной из песен зал неожиданно озарили огни — это были маленькие фосфоресцирующие палочки, которые тянули вверх сотни фанатов. Пожалуй это стало самым волшебным моментом концерта.

“Это была неожиданность, — признается Лена. — Мы знали, что поклонники что-то готовят, но не знали, что именно. Когда я увидела этих светящихся червячков, я сразу перестала волноваться”.
Фан-клубы группы в Москве и Петербурге постоянно преподносят им сюрпризы. Поклонники действуют по принципу флэшмоба, заранее договариваясь о сценарии происходящего. В Петербурге это были светящиеся палочки, а в Москве каждый по невидимому сигналу поднял таблички со словами, так что в результате получилась надпись, которая зашифрована в одной из песен с альбома: “Я готов подписаться под каждой нотой, каждым звуком этой музыки”. “Мы это даже сфотографировали”, — смеется Лена.

“Самое главное происходит именно на концерте, а не на записи и не во время репетиций, — говорит, подсаживаясь за наш столик, Ольга. — Концерт — самое важное, потому что происходит обмен энергией со зрителем и с музыкантами, и ты видишь, насколько тебя понимают и чувствуют и насколько это нужно. И это просто невероятно!”

“Для этого не жалко никаких сил”, — кивает Лена.

На концерте в ДК им. Ленсовета и накануне в Москве музыканты представили уже повзрослевшую концертную программу. К обычному инструментарию группы — акустическая гитара, бас, виолончель, скрипка, клавишные, флейта, барабаны — прибавилась еще и электрогитара. Клавишницу, ушедшую в декрет, сменил сессионный музыкант. Звучание стало более насыщенным и роковым. Элементы микротональной электроники и тонкой работы со звуком, слышимые в последнем альбоме, уступили место объемному пространственному звучанию.

“Мы вообще бы с удовольствием использовали больше электроники, но такой возможности у нас нет. Нет человека, который будет этим заниматься, — говорит Лена. — Пока у нас состав инструментов, предполагающий некое камерное звучание — скрипки, флейты... Да, электроника была бы интересна”.
Оказывается, в сведении последнего альбома участвовал Дмитрий Веков, а девушки даже не слышали финального результата, хотя альбом уже давно поступил в продажу.

“Нежелание слушать проявляется на той стадии, когда нужно выбирать вокальные дубли. Я ненавижу это делать, — объясняет Ольга. — И я рада, что Дима это делает за меня. Кроме того, у меня есть убеждение, что любому человеку, занимающемуся творческой работой, в том числе и сведением, нужно давать какую-то свободу и не контролировать его. Такой подход очень хорошо отражается на результате”.

Пока мы общаемся, мимо носится деловой Саша Суглобов, администратор FLЁUR — молодой человек в розовой рубахе и с темными длинными волосами. Он периодически ободряюще кивает мне, словно у нас есть общий секрет. А секрет прост — одним из условий общения с FLЁUR было то, что я должен обязательно взять интервью в равном объеме у обеих вокалисток. На что я с радостью и согласился. Хотя все-таки подобное подчеркнутое требование разбудило мое любопытство.

“Мы пришли к определенной договоренности, — объясняет Лена. — У нас бывали некоторые конфликты, вопросы поднимались странные. Но сейчас мы понимаем, что музыка важнее, чем все личные амбиции. Кто важнее, кто главнее — это не важно”.

“У нас больше проблем с другими музыкантами, чем между собой, — соглашается Ольга, — они иногда начинают странно себя вести. И нам с Леной из-за этого очень сложно. На самом деле, вроде бы должна быть диаметрально противоположная ситуация”.

У девушек, оказывается, существует система договоренностей — на выступлениях и в альбомах песен каждой должно быть поровну. “Мы придумываем композиции, а уже когда все это готово — показываем друг другу, а потом группе...” — кивает Лена.

“Ведь специально нельзя заставить себя написать красивую искреннюю песню, — говорит Оля. В этот момент я замечаю, как у нее загораются глаза. Ей явно доставляет удовольствие говорить о творчестве. — У каждого из нас это происходит в одиночестве и изоляции. И поэтому даже присутствие человека близкого и понимающего — мешает. У каждого из нас создание песен происходит именно так, и каждый прочувственно исполняет свою песню”. 

“Мы честно признаем, что есть определенное соперничество, и каждому из нас необходимо какое-то личное пространство. Поэтому есть какие-то вещи, которые мы соблюдаем”, — говорит Лена.
Мы снова затрагиваем тему сольных проектов и то, что, может быть, не стоило бы так разбрасываться.

“Ну почему? — удивляется Лена. — Сольное творчество отчасти способствует укреплению отношений внутри группы. У FLЁUR есть какие-то рамки, а за пределами этой группы ты можешь делать все, что хочешь. Если хочешь играть на каких-то других инструментах или какую-то другую музыку — то пожалуйста, играй. Никаких конфликтов поэтому у нас нет”.

Дмитрий Веков доверительным тоном сообщает мне, что на стороне у девушек получаются вещи гораздо безумнее и мрачнее. 

“Иногда я беру на себя смелость и говорю: “Это не для проекта FLЁUR”. И это очень болезненно воспринимается, — поясняет он. — Хотя наш сессионный клавишник и без того считает, что мы играем похоронную музыку”. 

За наш столик усаживается шумная компания, состоящая из музыкантов VERBA, THEODOR BASTARD и ALTERA FORMA, и пока они делают официанту заказ, Андрей Федечко, сам не равнодушный к украинской музыке, приглашает по очереди Олю и Лену фотографироваться на улице.

Лена без тени кокетства, очень скромно спрашивает, можно ли ей оставаться в солнцезащитных очках. Мы соглашаемся. Хотя у нее очень красивые, “говорящие” глаза.

Вспомнив, что у Андрея, живущего в Петербурге, свой проект СОНЦЕ-ХМАРИ, исполняющей песни исключительно на украинском языке, а у девушек из Одессы — все песни на русском, я задаю соответствующий вопрос.

“Несмотря на то что мы родились в Украине, русский язык нам ближе. Мы учились в русских школах и русских институтах, потому мы поем на русском и думаем по-русски”, — говорит Лена. 

“У меня есть друзья, которые говорят только на украинском, я с ними общаюсь, но при этом мне приходится все время переводить внутри себя на русский — это тяжело, — рассказывает Ольга. — Мы выступаем в основном в Киеве, в Одессе, но вот в украиноязычную часть страны нас не приглашают. Может быть, не только из-за языка. Есть немножко такое... ущемление”.

Уже в клубе под лучами прожектора Лена и Оля позируют Андрею Федечко. Они обнимаются и держатся за руки — в этом есть что-то от настоящей дружбы. Они смотрятся как сестры. И я думаю, что в музыке и в песнях они так же дополняют друг друга.

Одна из поклонниц дарит девушкам упакованный в красивую бумагу чайник, расписанный цитатами из песен FLЁUR. Илья Зинин из VERBA, заметив мое удивление, говорит, что, когда он работал в одной крупной газете, он всегда знал, что собирают артисты.

“Например, Дельфину всегда дарят дельфинчиков. У него, наверное, их целый вагон”, — сообщает Илья.

Я спрашиваю у Оли, что им чаще всего дарят.
“Котов, — смеется она. — По одноименной песне с последнего альбома. Даже как-то живого подарить пытались”.

Пока девушки готовятся к предстоящим выступлениям со своими проектами, мы с Дмитрием разговарваем о карьере FLЁUR за границей, о первых трех альбомах, выпущенных во Франции на лейбле “Прикосновение” и о странной паузе в сотрудничестве последних лет.

“Мы ведем переговоры, и я думаю, последний альбом все-таки будет выпущен во Франции”, — говорит Дмитрий. Его голос тонет в звуках начавшегося выступления.
Первыми играют питерские последователи FLЁUR группа ДОРОГАЯ ВЕНДИ, и я неожиданно понимаю, что двум скромным девушкам из Украины и их талантливым музыкантам удалось создать действительно целое направление и аккумулировать некую энергию, что сейчас кажется почти невероятным. Энергию, которая объединила вокруг себя разных людей.

Я вспоминаю слова Ольги: “Просто у нас такой мирок сформировался, мы не имеем никакого отношения к тому, что называется “украинским шоу-бизнесом”, и это защищает нас от многих вещей. Потому что есть круг людей, где мы все поддерживаем друг друга”.

Концерты M.R.F. с вокалом Лены и VERBA с поддержкой Ольги проходят на одном дыхании. Одна из поклонниц признаетcя, что девушки по отдельности нравятся ей меньше, чем вместе в составе FLЁUR. Я пытаюсь поспорить, а потом машу рукой. В каждом из проектов есть своя изюминка, а музыку скрепляют уже знакомые голоса, которые как призналась мне накануне Лена, некоторые часто путают.

Александр  СТАРОСТИН

FUZZ 11 2008