10 групп, поющих на неcуществующем языке. В начале были птицы

07.06.2010 14:51

Архив 2008 - №12 Декабрь

Поставьте в проигрыватель альбом “Жилец Вершин”, и вы услышите: “Аль, эль, иль! Али, эли, или! Эк, ак, ук! Гамч, гэмч, ио! Рпи! Рпи!”. FUZZ попытался расшифровать это послание и описать десяток других инопланетных гостей на мировой рок-сцене.

К птичьему языку обращаются тогда, когда стандарты земных языков не позволяют достичь всех целей, которые исполнители закладывают в свое творчество. Судя по тому, сколько в истории музыки подобных птичьих языков, вербальные формы человеческого общения далеко еще не полностью исчерпали своих возможностей.
1. MAGMA
Когда в конце 60-х французский барабанщик Кристиан Вандер придумал далекую планету Кобайя — это был способ ухода от пошлости и цинизма окружающего его мира. На планете существовал свой язык — кобайский: “Do wehr do ioss ioss ioss dowehri Ioss ioss ioss doweri”. Именно на нем было записано 6 первых альбомов группы MAGMA. Это своеобразные рассказы о новой цивилизации на фоне музыки в стиле “цойл” (zeuhl) — полиритмичной, с обилием хоров. Шестой альбом, записанный в 1976 году, был запрещен и вышел в свет только в 1992-м. В 80-е годы по всему миру прошла волна движения “Кобайя — новая цивилизация”: по улицам ходили люди в черных мантиях с капюшонами, говорили о просветлении души и раздавали всем брошюры на кобайском языке.
2. CAN
Любопытно, что неанглоязычные музыканты испытывают большую тягу к птичьему языку. Немцы из CAN прославились своими многочасовыми перфомансами, когда японец Дамо Сузуки, вторя минималистичной и психоделичной музыке, внезапно переходил с английского языка на родной, а потом и на вовсе на несуществующий. Дамо не умел петь, зато любил побормотать себе под нос — это и составило основу вокальных партий в альбомах легенд краут-рока. Уйдя из группы в свидетели Иеговы, а потом вернувшись к реальности, японец продолжил эксперименты с музыкой. И с речью.
3. 2ВА САМОЛЕТА
Но, возможно, музыкантам было просто лень учить тексты? По этой причине, как гласит легенда, Вадим Покровский из ДВУХ САМОЛЕТОВ предпочитал импровизировать с непонятными словами. Вроде таких: “Мы ого-го, мы ага-га, мы ой-ой-ой, мы ай-ай-ай...” Впрочем, сам автор утверждает, что делал это совершенно по иному поводу: “Я хотел в этой стране показать людям, что есть музыка. Потому что здесь почему-то так настроены уши, что слушают в первую очередь слова. Почему я и пошел на то, чтобы их не было — чтобы было настроение. И чтобы была голая эмоция”.
4. DVAR
Готы из DVAR в стремлении к анонимности абсолютны до предела. Они не только пропели все песни на языке, который, учитывая специфику их стиля, лучше называть “вороньим”, но даже до сих пор так и не соизволили показаться на публике. В Интернете ходят слухи о фанатах, которые, послушав песни типа “Hissen Raii”, “Iina Tamiira” и “Taai Liira”, сходили с ума...
5. CLEANING WOMEN
Финнам из CLEANING WOMEN петь на родной мове не позволяет сам образ: они трансвеститы, играющие на сушилках для белья и утверждающие, что были посланы на Землю в качестве уборщиц, чтобы очистить ее от грязи. Таких до использования финского словаря и допускать нельзя.
6. SIGUR ROS
Исландцы записали два альбома — “Von” и “( )” — на языке “hopelandic”: на нем вокалист Йонси обычно пел перед тем, как сочинить “нормальные” тексты (это то, что на музыкантском жаргоне называется “рыба”). В итоге тексты в песнях так и не появились, остался только язык без словаря и грамматики. Мотивация: исландский и так мало кто понимает, пусть же теперь и я сам не буду знать, о чем пою.
7. НОГУ СВЕЛО!
Похоже, и российским музыкантам не хватало слов в русском — иначе почему они так часто прибегали к абракадабре? Уместно вспомнить здесь главный хит московской группы во главе с Максом Покровским, который называется “Хару Мамбуру” и состоит из совершенно непонятных восклицаний. Можно здесь увидеть и некую форму протеста против “русского рока”, в котором текст считается более важной составляющей песни, чем музыка.
8. НАГУАЛЬ
Песни белорусов исполняются на выдуманном “фонотропном” языке: “коки-токи каванана токи”, “найну, найну ка”, “джябо кя” — причем каждый концерт являет песни в новой спонтанной аранжировке. Когда создавался трибьют музыкантам, ни один из его участников не обратился к группе с просьбой представить тексты композиций. Как сообщает лидер команды НАГУАЛЬ Леонид Павленок в интервью сайту shadelynx.ru, “Лично я часто сквозь песню провожу точный образ или веду некое ощущение. Например, в песне “Абрикосовые Коридоры” у меня разворачивается такая картина: ночь, луна, огромный луг с травой по пояс и много косцов неспешно, широко махают косами. И так хорошо от этого внутри. А мама моя, когда слушает эту песню, видит закат, вспоминает детство, идет по просторам босиком, вдыхает воздух и желает всем здоровья”.
9. THEODOR BASTARD
Ориентальные пристрастия коснулись не только музыки этой группы, но и вокала — порой кажется, что Яна Вева причитает почти как муэдзин, зазывающий правоверных на молитву. Впрочем, если надо, петербуржцы могут перейти и на фундаменталистский рэп, и вполне понятные европейские языки — все зависит от предполагаемой цели.
10. Бобби Макферрин
Еще одна форма птичьего языка, о которой необходимо упомянуть — скэт, специфический импровизационный способ джазового пения, при котором используются отдельные фразы, слова и звукосочетания, не имеющие определенного смысла. Скэт любили Элла Фицджеральд, Луи Армстронг, Сара Воэн. Вокалист-экспериментатор Бобби Макферрин записал в 2003-м альбом “Beyond Words” (“За Пределами Слова”) — все песни в нем спеты на “птичьем языке”. Макферрин рассказывал, что после одного парижского выступления к нему подошла женщина, занимающаяся изучением мертвых африканских наречий. Она вежливо поинтересовалась, где же он выучил слова, которыми уже давно никто не пользуется...

P.S. А может, это все просто шутка? Ну, услышали же советские “деятели от культуры” в “Тибетском Танго” АКВАРИУМА, в словах “Ом, хохом. Ом, хохом. Ку-ку-кум фифи, Ку-ку-кум фифи” эхо Ку-Клукс-Клана? Ведь рок-н-ролл — это такая вещь... Он ничему не подчинен. Даже правилам великого русского языка.
Как известно, многие русские рок-группы 60-х — 70-х годов зачастую пели на концертах тарабарщину. Не зная текстов английских хитов или попросту не умея сочинять на иностранном языке собственные тексты, они строили своеобразные фонетические приближения к оригиналу, которые, конечно, тоже можно назвать “птичьим языком” — все эти “шизгары”, “бабы Любы” и “абелюзы мамай”... Как говорится в одной старинной притче: “Мудрец говорил много умного — его не слушали. Но едва лишь он принимался щебетать по-птичьи — собиралась толпа”.

FUZZ 12 2008